Царский калейдоскоп

kaleidoscop_spb


"Калейдоскоп". Посредники уличных акций.


5 октября. Марш в защиту Санкт-Петербурга.
Бретёры и галерники
flaerty
К моменту начала - около 160 человек, к максимуму - примерно 300-350 человек.

Крупные группы: националисты (10 флагов, 10 человек), РСД (5 флагов, около 15 человек), Партия 5 декабря (4 флага, около 10 человек), КПРФ (3 флага, около 10 человек), ингерманландцы (5 флагов, 5 человек), зелёные (1 флаг, около 10 человек). Остальные - гражданские активисты.

Много лозунгов (около 50), половина из них - печатные, на растяжках, как флаги (были ещё пикеты перед митингом на Невском).

Информационные войны.
Бретёры и галерники
flaerty
Хотите узнать, что происходит в информационном поле и как ведутся информационные войны?
Сейчас расскажу.

Медвежатник и двое громил работают вместе. Приходят в самый большой универмаг. Громилы выбирают девушку попроще и начинают её избивать. Девушка кричит, потому что ей больно и страшно. Люди, привлечённые зрелищем, обступают громил. Большинство молча и решительно осуждает избиение: стоит, смотрит и внутренне осуждает. Кто-то звонит в полицию и описывает происшествие в красках. Кто-то снимает избиение на камеру, чтобы потом использовать видеохронику в суде. Кто-то пытается поговорить с громилами, пока они бьют девушку, и убедить их в нецелесообразности избиения. Кто-то убеждает девушку, что она сама виновата, и призывает её не провоцировать громил. Иногда кто-то вступается за девушку и лезет в драку, его бьют тоже: громилам всё равно, кого бить. Зато все без исключения считают своим нравственным долгом не оставаться в стороне от общественно-значимого события, и пока они за общественно-значимым событием наблюдают, медвежатник вскрывает кассы, сейфы, ячейки для сумок и прочее.

Когда громилы убеждаются, что медвежатник вынес уже всё, что имело смысл, один из них восклицает: "Граждане! Пока вы уделяете внимание столь незначительному событию, как избиение некрасивой и никому не интересной девушки, вас нагло обворовывают. Смотрите: сейфы взломаны, кассы вскрыты, сумочки - и те выпотрошены!" Толпа с причитанием бросается к сейфам, кассам и ячейкам - проверять, правда ли их ограбили: перед событием, касающимся каждого в отдельности, общественно-значимое событие меркнет. Пока они проверяют пустые сейфы, громилы скрываются. Толпа, раздосадованная потерей ценностей, возвращается к избитой до потери сознания девушке и её избитому до полусмерти защитнику и в ярости начинает пинать их ногами: "Вот они, виновники нашего горя! Они отвлекали нас, пока жулики и воры грабили наши ценности! Они заодно с бандитами! К счастью, они не успели убежать, и мы сможем показательно покарать их!" Приезжает полиция, ей сдают избитых, и полиция закрывает ими статистику по кражам.

Схема не меняется годами.
А зачем менять то, что из раза в раз работает безотказно?

Моя роль.
Танец
flaerty
Вижу: в колодках ведут на смерть осуждённого гада.
Видят меня. Встают. Матерятся. Его отпускают.
Видела часто. Привыкла. Моей Госпоже потакают,
Чтобы не вспомнила Веста,
когда её звали
Дианой.

22.12.2012

Гладиаторы.
Танец
flaerty
«Рим победили христиане! – говорил один неудавшийся драматург, сидя среди десятка людей, старательно изображавших его верных учеников. – Рим стоял на воинской и гражданской доблести. Этой доблести детей учили на живом примере: водили на гладиаторские игры. На этих играх лучшие из бойцов поверженных армий Рима, взятые победителями в плен, дрались на арене друг с другом и с дикими зверями, отважно нападали, защищались и умирали. Для детей они были кумирами, образцом для подражания; дети учились жить и умирать как эти бойцы. Тут появляются христиане, противопоставляют себя Риму и, разумеется, попадают на арену. На арене христиане не дерутся со зверями, а позволяют им себя растерзать. С не м6еньшим, кстати, мужеством. Звери или разрывают их на части моментально, или, наоборот, пасуют и не проявляют агрессии. А зрители – смотрят, и дети – смотрят. И восхищаются, и берут пример. Дети продолжают учиться мужеству, пусть и другому, а взрослые по привычке продолжают учить детей мужеству так, как они привыкли: водя их на игры. Удивительно ли, что через несколько поколений все римляне стали христианами?»

«Говорить о гомосексуализме, - писал другой неудавшийся драматург, - надо в античной стилистике, языком древних греков и римлян, для которых он был естественным явлением».

С первым тезисом приходится согласиться.
Со вторым тезисом придётся поспорить.
Если бы мы жили в Риме, где гомосексуализм – обычное явление и даже не повод для пересудов, а христианство – опасная, запретная и скандально известная секта, то держу пари – мы были бы не гомосексуалистами, а христианами.
Здесь эпиграф кончается.

«Чем вы лучше других?» - спрашивают нас. «Мы не лучше других, мы такие же, как все!» - отвечаем мы. «Мы понимаем, что вы такие же, как все, но чем вы лучше всех?» - продолжают нас спрашивать, и вот уже мы сами начинаем задаваться вопросом: «А чем мы лучше всех?»
Мы лучше стоим.
Мы стоим посреди арены, и во всех ярусов Колизея на нас смотрят равнодушные римляне и их неравнодушные дети. Мы привлекаем внимание, поскольку на нас сейчас будут спускать зверей. Звери тоже привлекают внимание, да. Мы ничем не лучше зверей. У них, как и у нас, люди будут учиться. Они сами так решили, не спросив нас, чему мы можем их научить.

«Мы ничему не можем вас научить! Оставьте нас в покое, не вытаскивайте на телеэкраны, не обсуждайте в школах, не бейте!» - «Да, вы ничему не можете нас научить, но фашисты вас гнали, и коммунисты вас гнали, и диктаторы вас гнали, и либералы вас гнали, и мы по привычке будем учиться бороться с врагом на вас! Они же были не дураки, они же чего-то от вас хотели»!», и вот уже мы сами начинаем задаваться вопросом: «А чему мы можем научить притесняющих нас и гоняющих нас?»
Мы помним то что они забыли.

Единственное таинство, которое есть в нашей субкультуре, - таинство Выхода-в-Свет. По-английски его называют «сoming out», «выход наружу», по-русски – «камингаут». Таинство раскрытия себя враждебного миру без отречения от себя, выход под летящие камни с гордо поднятой головой. Это таинство когда-то было и у христиан – в те времена, когда исповедь была прилюдной, посреди площади, а не с глазу на глаз с церковным чиновником. Даже к Богу можно обратиться с вопросом «Господи, зачем ты меня создал такой?» - и поставить ударение не на «такой», а на «зачем», ибо пути Господа неисповедимы, и раз он нас создал – то что-то хотел сказать этим миру, а потому - пусть объяснит это и нам!
Знаете, когда я в первый раз Вышла-в-Свет? За полтора года до того, как я вошла в Тему. Парадокс? Ничуть! Когда я Входила-в-Свет второй раз, публично признаваясь в том, что я – лесбиянка, я вспоминала первый, гораздо более страшный Выход – когда я призналась в том, что пишу стихи. В первый раз было страшнее, и радость отчаянья была глубже. Это было одно и то же Таинство.

Знаете, что означает слово «гей» по-английски? «Отважный». «Отважная». «Тот, кто не боится». «Та, которая не боится». Великая честь и высокий титул. Это не характеристика личной жизни, это отметка о способности Выйти-в-Свет. Кто не может – не достоин этого имени. Для таких есть и другие имена.
Мы неизбежно победим, поскольку умение Выходить-в-Свет – именно то качество, за которое римляне держат нас на арене.
Мы победим, и это очень плохо: после нашей победы мы забудем своё таинство, как забыли его христиане после своей победы.

Проверьте. Сравните. Убедитесь, что Тема – самая больная тема. Стоит о ней заикнуться – и начинается скандал. Даже пустом месте. Тема, которая в других культурах была, а порой и остаётся совершенно нейтральной, стала у нас Темой с большой буквы, запретной и скандальной. Почему? Почему ты пишешь о смерти, о доверии, о вкусе, о запахе, о звуке – тебя не слушают, а как только ты заикнёшься об однополой любви – сотня комментов и срач на три листа? Потому, что мы стоим на арене. Римлянам не важна я целиком, римлянам важен интересующий их фрагмент. Наиболее зрелищный и поучительный для их детей. Эти подробности моей биографии римляне вырвут из меня с мясом, растиражируют в таблоидах и пустят на телеэкраны, чтобы их дети с верхних рядов Колизея не пропустили поучительного зрелища.
Мне следовало бы молчать, скрываться и таить. Не только для того, чтобы освободиться, но хотя бы для того, чтобы сорвать им их игру. Я знаю, как следовало бы, но я не могу: шея не сгибается, и радость Таинства Открытия Себя перевешивает все разумные доводы.

Общественное внимание стало нашей второй кожей. Мы одеты им, как одеты дождём. Мы не заслужили его, а получили в дар. Как ранние христиане.
«Правы ли вы, что пользуетесь вниманием, которое приковываете к себе, в своих личных целях?» - спрашивают нас. Спрашивают так часто, что мы и сами задаёмся вопросом: «Правы ли мы, что пользуемся вниманием, которое приковываем к себе, в своих личных целях?» - и запальчиво отвечаем: «А почему бы и не использовать в своих целях то, что стало нам вместо кожи?»
А потому, что мы никогда не использовали это внимание в ЛИЧНЫХ целях. Здесь – главная подтасовка.
Личная цель – покой и счастье. Мы же, получается, дружно стремимся к обратному? Не забывайте, что гладиаторы не получают прибыли от гладиаторских игр! Нами и общественным вниманием, которое мы приковываем, пользуется в личных целях кто-то другой. Не тот, кому нужно это внимание, а тот, кому всё равно, как отвести его от себя.

Я знаю, когда сломались гладиаторские игры. Они сломались в тот момент, когда из важного урока детям превратились в зрелище для праздных взрослых. «С точки зрелища». Катон понял бы, что христиан нельзя травить зверями: травить зверями можно только доблестных воинов, достойных подражания! Императорам стало уже всё равно, кого травить зверями – лишь бы плебс перенаселённой столицы, «концлагеря моей мечты», был занят кровавым зрелищем, а не достижениями императора и нравами двора. Из детского сделали взрослое, из важного - фальшивое. За это и поплатились.
Да, мы всегда оказываемся в центре крупных скандалов. Но неужели это мы затеваем, устраиваем и раскручиваем скандалы? Делать нам больше нечего! Нет, это нас бросают в огонь, как сырые ветви, чтобы создать дымовую завесу и отвести общественное внимание от опасных для себя тем.
Обсуждают коррупцию? А тут гей-скандал. Обсуждают фальсификации на выборах? А тут гей-скандал. Обсуждают платное среднее образование? А тут гей-скандал. Обсуждают аресты мирных граждан? А тут гей-скандал. Козырная карта, перебивающая всё. Можно без конца гордиться, что ты – самая сильная карта, но пора бы и оскорбиться тем, что тобой играют.

Мы – на арене. Нам не видно, что находится за её пределами. На арене мы заботимся только о том, чтобы выжить или не опозориться, но в итоге всё равно получаем смерть и позор. Мы не замечаем, насколько своевременно проведение очередных гладиаторских игр и от каких поражений императора оно должно отвлечь внимания праздных римлян. Нам просто не до этого.
Тем, кто жадно следит за каждым нашим движением, поворачивая большой палец вверх или вниз, тоже не до этого.
Значит, распорядители игр добились своего.

«Разделяй и властвуй» - старый принцип. Новый принцип – «Отвлекай и властвуй», но и в нём есть место старым традициям: «Разделяй и тем самым отвлекай!»
Неужели мы одни на этой арене?
О, нет. Не одни.
Обсуждают фальсификации на выборах? А тут девушки спели в церкви. Обсуждают платное среднее образование? А тут мусульмане предпочитают шариат закону. Держат голодовку протеста в Астрахани? А тут кукла грозится взорвать кукольный театр. Жареных тем много, и каждая из них появляется очень вовремя. Каждую из этих карт разыгрывают ловкие преферансисты, и разыгрывают вслепую, как разыграли вслепую и оставили за решеткой Надю. И сейчас, чтобы не обсуждать аресты мирных граждан, обязательно выпустят на арену какого-нибудь очередного зверя, а на съедение ему отдадут что-нибудь святое.
Что считать святым? То, за что много народа готово рвать глотку. У распорядителей гладиаторских игр пухлые таблицы святости. Христианство первым номером? Если наступить им на мозоль, то зрелище получится шумным. Что вторым номером? Искусство? Сейчас подберём спарринг-партнёра и стравим! А почему бы и не с христианством? Что там дальше? Права человека? Гордость за страну? Кровные узы? Память и уважение к предкам? Свобода слова? Святость для распорядителей игр измеряется исключительно числом людей, способных оскорбятся одновременно. Святость в Колизее измеряется в децибелах.
Сначала возникает заказ на скандал. Потом – количественный анализ святости. Потом – выбор пары гладиаторов. Потом дают немного свободы, то есть поднимают решетки, ведущие из камер на арену. Люди и звери радуются свободе грызть друг друга и затевают грызню, а зрители следят за грызнёй так, что из стен Колизея можно спокойно красть целые каменные блоки – никто не заметит.
Распорядителей игр выдаёт только время, вернее – своевременность игр, за каждой из которой стоит поражение где-то там, далеко-и-неинтересно, за-пределами-столицы. Время существует для зрителей – но не существует для тех, кто на арене. Им бы выжить. Что гладиаторам, что людям. Когда зрители начинают жить чувствами пляшущих на арене – для них время исчезает тоже. На этом нехитром эффекте и построены гладиаторские игры.

Разумеется, главной целью ЛГБТ-сообщества не может стать анализ ситуаций, послуживших причиной усиленной раскрутки того или иного скандала, затрагивающего нас. Главной и наиболее естественной целью остаётся спасение своих близких и самозащита, как и у всех остальных людей (не удивляет ли это вас? не шокирует ли?) Однако надо помнить: игры будут повторяться до тех пор, пока они отвечают интересам распорядителей. А с учётом числа проблем, которые требуется обойти, игры будут происходить непрерывно. До последнего гладиатора и последнего голодного зверя.
Ловить за руку распорядителей игр – не самоцель для ЛГБТ-сообщества, но – одна из задач. Надо чётко понимать, что у каждого айсберга есть подводная часть. Главной же задачей выявление первопричин может стать для моего «Калейдоскопа», клуба посредников уличных акций, если среди гладиаторов найдутся Спартаки. Среди всех гладиаторов. В том числе и тех, кто мечтает свернуть мне шею, и кому раньше мечтала свернуть шею я сама.
Руки кукловодов, пойманных за руку, – очень неплохой трофей. Гораздо лучший трофей, чем шеи тех, кто умеет держать голову высоко и за это попадает на экраны. Зачем мне чужие шеи, если у меня самой есть такая же? Если все мы – ранние христиане, включая даже несчастных зверей?

Сижу и думаю: «Спартак – чемпион!» - это экстремистский лозунг?

Искусство клеить чашки.
Танец
flaerty
Год и один день прошли как один день. В Петербурге "Калейдоскоп" не пригодился ни разу. Это - хорошо.

Идея вторая: есть группы, которые довольно быстро распадаются, переругавшись вдрызг.
Распад начинается не после полбед, когда делят награбленное, а после поражений, когда делят вину.
Имеет ли смысл склеивать осколки чашек? Будут ли склеенные чашки держать воду?

Возможно, посылать посредников полезнее к бывшим друзьям, а не к настоящим врагам.
В любом случае, о глупых расколах между хорошими людьми прошу сообщать сюда.

Дробление.
Танец
flaerty
Оригинал взят у flaerty в И эти туда же.
Ошиблась. Либертарианцы ничем не отличаются от всех остальных. Они тоже дробятся под влиянием последнего закона о регистрации мелких партий. Они тоже не понимают, что ими сыграли в гольф авторы этого закона. Они тоже винят в расколе не дона Рэбу, а друг друга, и при этом активно ругаются. Ругаются так, будто хотят расколоться ещё раз, что тоже обусловлено новым законом.

Оригинал взят у oleg_khrienko в Итоги деятельности: Калиниград
Вчера у "шальневской ЛПР" в полном составе вышло из партии Калининградское отделение. А это, между прочим, единственные бизнесмены были в партии, которые вложили в нее дофига денег. До этого избранный казначей также покинул партию Шальнева и занялся созданием собственной (год назад они были крайне дружны и едины в своих оценках ситуации).

Как забавно происходит. Неужели не ясно, что "эффективный менеджмент" товарища заводит в тупик? Главный результат его работы на либертарианском фланге - появление 4-х структур вместо одной, уничтожение ряда сильных либертарианских ячеек: Барнаул, Калуга, Ставрополь...теперь, вот, Калининград. Кто не верит, погуглите, например, запрос "либертарианцы Барнаула". До начала конфликтов там было сильнейшее отделение в России.

Карта сект России.
Танец
flaerty
Внимание, вопрос: какие из известных сект обосновались за городской чертой, и в каких именно населенных пунктах?

Хочу составить карту. Для внутреннего пользования. Ни жаловаться на секты, ни уходить в секту пока не собираюсь.

Провокационный сабж - здесь:
Оригинал взят у b00ling в Внимание!!! Опасность!!!!
"Все разговоры про экопоселения или родовые усадьбы связаны, как правило, с заманиеванием в антихристианские тоталитарные секты. Их множество: от каббалистов до анастасиевцев. Несчастных, ошалевших от городского крепостного права людей, задуривают разговорами об экологии, звенящих кедрах и здоровой жизни на природе. И попадает безграмотный безбожник в обычную секту, только на свежем воздухе. Где вход - рубль. А выход - два. Будьте очень осторожны. Помните, что даже самыми благими намериниями может быть выстлана дорога в ад. Слава Христу! Герман Стерлигов (овцевод)

В одну рассылку не садись...
Танец
flaerty
Отрывок текста о том, что левые не умеют объединяться точно так же, как и правые:

В этом отчете отчетливо слышны удальцовские нотки (кратко можно так определить: "изображая единство").

Здесь:
===
7 ноября питерская организация СоцСопра совместно с Федерацией Социалистической Молодежи, Международной Марксистской Тенденцией, отдельными активистами Межрегионального Профсоюза Работников Автопрома (МПРА) и жителями <<частных>> общежитий - образовала объединенную колонну молодых левых.
===

На самом деле, была не одна объединенная колонна, а две: РРП, ММТ, отд. активисты МПРА, ДТ, "За рабочую власть", + сочувствующие и ФСМ, СоцСопр, и др. + сочувствующие. И шли они отдельно, на небольшом расстоянии друг от друга.
Причина - мы не хотели идти в одной колонне с ФСМ, Андрей Кан (РРП, МПРА) не хотел идти с СоцСопром (по какой причине, я до сих пор так и не понял, он обещал позже объяснить). Кстати, то, что в этом отчете не упомянута РРП, не способствует реальному единству (изображаемому единству это, естественно, не может повредить).

Оттуда же: "Я не собираюсь состоять в одной рассылке с человеком, который не
следит за языком и оскорбляет меня лично".

Калейдоскоп. Предварительная программа.
Танец
flaerty
Тезис: http://flaerty.livejournal.com/156385.html
Антитезис: http://flaerty.livejournal.com/156644.html
Синтез: http://flaerty.livejournal.com/156921.html

Постановка задачи:

Первое. Позавчерашние события (корсарское присвоение нашим сообществом праздника «Дримфлэш» в Петербурге; нападение на празднующих наших недругов и разгон всех вместе ОМОНом, http://alex-celly.livejournal.com/416387.html#cutid1) – редкостное пятно на репутации нашего сообщества. Кто в этом виноват – разбирать бесполезно и поздно. Думать надо о том, как восстановить репутацию.

Второе. Нас объективно мало. С меньшинством считаются только тогда, когда большинству без него не выжить. Попытка создать иллюзию того, что нас в десять раз больше, за счёт случайных прохожих – подлость, за которую придётся расплачиваться потерей уважения этих прохожих. Впредь так делать не стоит. Кроме того, пора нам самим посчитать, сколько нас на самом деле.

Третье. Раньше мы считали, что мы – «сталкеры», «авангард правозащитного движения»; что любое завинчивание гаек в первую очередь опробуют на нас, и наша задача – лишь идти первыми по минному полю, отмечая те места, где мины. Но раз власти так напуганы, что винтят всех подряд, за вещи совершенно безобидные, то необходимость в «авангарде» отпадает. Нужно искать себе другую нишу.

Четвёртое. Никто не знает, что произошло. То ли нас пришли бить, а милиция воспользовалась предлогом и повинтила всех без разбора; то ли народ с дымовыми шашками – ряженые провокаторы, подосланные, чтобы сорвать массовую акцию (да и про нас могут подумать так же). Надо сделать так, чтобы хотя бы мы достоверно знали о наших недоброжелателях, настоящие они или нет.

Решение именно в том, что наш символ – Радуга. Знак Разного. Принципиально, до несовместимости разного.

«Калейдоскоп» - сообщество волонтёров-посредников на уличных акциях Санкт-Петербурга.

Как это делается?

Каждая из нас пишет здесь все партии и сообщества, которые проводят уличные акции, и выбирает из них ту партию, которая ей ближе и симпатичнее. Одну. Лучше – ту, в которой она уже и так состоит довольно долго, ещё лучше – где её знают и где ей верят.

Каждая приходит в эту партию и говорит: «Здравствуйте, дорогие красные (зелёные, белые, синие, жёлтые); я к вам из Калейдоскопа. Надеюсь, пользы от меня будет больше, чем вреда».

Каждая подробно рассказывает о проекте и сообщает, что будет присутствовать на всех акциях партии и подчиняться координатору каждого из уличных мероприятий. Беспрекословно.

Каждая вывешивает в сообщество «kaleidosсop_spb» сообщение о времени и месте акций своей партии. Если нужно – с пометой для сестёр других цветов: «Прошу поддержки», «Прошу нейтралитета» или даже «Прошу противодействия».

Каждая рассказывает людям своего цвета всё, что они спросят. Каждая не скрывает, что остальные цветные сёстры поступают так же. Люди каждого из цветов и так знают, что тайных акций всё равно не бывает.

Если это получится, то:

1. Мы займём нишу, которая сейчас вакантна: нишу нейтральных посредников. Как герольды в средние века, как медики в Крымскую войну, как технические мастера на ролевых играх, как дипломаты в любой уважающей себя стране. По крайней мере – мы будем в курсе того, что творится в городе.

2. Если тот же фокус проделает кто-нибудь большой, сильный и развесистый, его посредников погонят в шею из опасения, что он попытается подмять под себя людей всех цветов. У нас – алиби: мы – слабые и гонимые, сами по себе мы не представляем силы. Как ранние христиане, потом – как евреи, потом – как старообрядцы. Им – верили.

3. Да, никаких полномочий у нас никогда не будет. Но мы можем быть полезны хотя бы тем, что каждая из партий будет знать, кто и что проводит в одно время с ними. Совещательного голоса вполне хватит, чтобы некоторые перестали невольно перетягивать одеяло. Даже если наши недруги правы, что у нас нет ни ног, ни кулаков, ни головы, а только оголённые нервы, то из нас получится замечательная нервная система.

4. Да, демократы будут бить морды коммунистам, и наоборот. Да, возможно – на наших глазах. Но и демократам, и коммунистам будет приятнее знать, что те, кому они бьют морды, - настоящие, а не подставные. А присутствие цветной сестры – гарантия подлинности противника.

5. Да, многие из нас будут огребать и за себя, и за Калейдоскоп, и за партию своего цвета разом. Но мы смелые, поскольку терять нам по-прежнему нечего: хуже, чем сейчас, не будет. Дипломатический иммунитет придёт к нам сам – через несколько лет, естественным путём, по традиции. Если пользы от нас будет больше, чем вреда.

6. Есть вещи, о которых те же коммунисты никогда не будут вести переговоры с теми же демократами, чтобы не скомпрометировать себя. Если мы дадим им возможность договариваться косвенно - мы станем ещё полезнее. Да, чем маргинальнее партия – тем больше она будет держаться за наше присутствие.

7. Не настаиваю на том, чтобы цветные сёстры были только из ЛГБТ-сообщества. На эту роль годятся и старые хиппи, маргинальные сектанты, и евреи, и поэты, вообще любые гонимые, а потому – достойные доверия. При этом надеюсь, что нам всё-таки удастся обойтись исключительно своими силами. Возможно, во мне говорит… гордость. :-)

Вопросы? Предложения? Пожелания?
Партии? Цвета?

?

Log in